Путь композитора

Центр Москвы, Пушкинская площадь; солнце, жара, пыль; люди снуют туда-сюда, спрашивают, как им куда-то пройти. Мы встречаемся среди всей этой летней суеты, под разговоры о погоде заходим в одну из кофеен, которых здесь десятки на каждом углу. Внутри - прохлада кондиционера. Можно разговаривать.

- Знаете, это мое время, последние по-настоящему летние дни, - говорит Александр Андреевич. - После моего дня рождения, 30 июля, наступает Ильин день - жара постепенно идет на спад, лето затухает.

МНОГО НАРОДА, И ВСЕ ПОЮТ

- Вы в Москве родились?

- Да, у нас старинный московский род, я родился и вырос в доме прадедушки в Староконюшенном переулке. В этом особняке стояло старинное фортепиано, на котором я подбирал свои первые мелодии... Дом до сих пор жив, отреставрирован: сейчас там школа английского языка. Я иногда люблю проезжать мимо, вспоминаю детские годы.

- Читала, что вы впервые подобрали мелодию на фортепиано в трехлетнем возрасте, это была песня “Эх, полным-полна моя коробочка” - как думаете, почему именно ее?

- Я из очень музыкальной семьи. Вообще у меня при слове “семья” возникает ассоциация: много народа, родственников, и все поют. Это потому что у нас так и было: в Староконюшенном переулке собиралась многолюдная родня по отцовской линии, пели классические русские народные песни, играли на музыкальных инструментах - это была традиция. Дядя любил играть “Очи черные”, “Эх, полным-полна моя коробочка” - видимо, у меня отложилось в памяти, я и подобрал.

- Были сомнения по поводу выбора профессии, или всегда было ясно, что только музыка?

- Я пытался пойти по стопам отца и стать физиком-математиком, а музыку оставить в качестве хобби, но ничего не вышло: уже в старших классах музыка начала мешать серьезно погрузиться в другие дисциплины. Я был задействован во всех молодежных школьных ансамблях: тогда дискотек не было, были дома культуры, где проводились вечера молодежи. Там мы и наяривали - аккомпанировали танцевальным вечеринкам, выступали на праздниках.

- Какие-то свои композиции на тот момент уже были?

- Какие-то были, но играли мы в основном популярную музыку: Beatles, Smokie, исполняли и Deep Purple - это чуть позже, со студенческой группой Института культуры, который я закончил. Там у нас был прекрасный коллектив. Мы играли на потрясающей для тех лет аппаратуре - на “Динакорде” (профессиональная акустическая аппаратура. - А.Ю.). Тяжелый рок на ней звучал очень круто. Там я познакомился с отдельными личностями, с которыми впоследствии работал и дружил: Женей Хавтаном (группа “Браво”), Сашей Добрыниным (группа “Веселые ребята”), Сашей Зайцевым (группа “Машина времени”). В семнадцатилетнем возрасте я довольно прилично играл на инструменте, и ребята постарше меня “вычислили” - пригласили в группу “Феникс” клавишником. Мы были вместе года три, и это можно считать хорошим стартом. Потом все резко закончилось: сразу после экзаменов я ушел в армию, а когда вернулся, уже был женатым человеком - стал больше думать о заработке.

- С женой случайно не “музыка связала”? Как познакомились?

- Нет, хотя... тоже музыка. Я даже об этом не вспоминал лет 35, сейчас вспомнил - самому смешно стало. Мы встретились в пионерском лагере. Нам было лет по пятнадцать-шестнадцать. Я репетировал перед концертом, а она приехала к нашему басисту, с которым знакома была только по переписке. Мы играем, она заходит - красивая, эффектная - и сразу ко мне: “Это ты Женя?” - “Нет, я Саша”. - “Жалко, что не Женя”. В девятнадцать я сделал ей предложение, у нас родился первый ребенок, Данька.

ХЛЕБ И ЗРЕЛИЩА

- Сложно было зарабатывать на жизнь музыкой?

- Я даже не думал об этом, просто всю жизнь этим занимаюсь. Недавно вспоминал перестроечный момент, когда в стране воцарился хаос вокруг хлебных карточек. В 88-м году, после заработков в ресторанах, я устроился в “Веселые ребята”, в 92-м основной состав распался, но осталось наше совместное творчество. Репертуар, который мы исполняли - “Светка Соколова”, “Безнадега”, “Дама с собачкой” и другие песни “веселоребятовского” периода - собирал огромные залы. Народ тогда, что называется, требовал хлеба и зрелищ, и мы эти зрелища давали. Хлеб там, конечно, какой-то был - может, и без икры с маслом, но тем не менее.

Я пришел в группу после ресторана на место другого музыканта, Александра Буйнова, выучил программу на клавишах, думал - буду играть с легкостью, как обычно. А все оказалось совсем не просто: высочайший профессиональный уровень, партии расписаны под каждый инструмент, все завязано на ансамбле, дальше - внедрение компьютерных аранжировок... За эти три - четыре года мы ни разу не играли на корпоративах - только дворцы спорта в зимнее время, а в летнее - стадионы. По 5 - 10 тысяч человек в каждом городе: Челябинск, Омск, Хабаровск, Комсомольск-на-Амуре...

КАК ВЫПЛЫТЬ В ШОУ-БИЗНЕСЕ

- Что в большей степени способствовало популярности - интересные предложения, связи?

- Просто я играл популярную музыку и всегда понимал, что это мое. А если ты играешь с удовольствием и хорошо, о тебе пойдет слава, что ты хороший музыкант, блестящий клавишник. Возьмете - не пожалеете. А еще нужно обязательно обладать какой-то сценографией, иметь свою фишку. Многие считали, что во мне такой “прикол” был, - и звали. Так Хавтан пригласил меня поработать с Жанной Агузаровой в “Браво”. Это сотрудничество можно сравнить с мазком кисти художника в моей музыкальной биографии: очень короткое, интересное. Я уже владел инструментом, чувствовал клавиши и раздумывал, присоединяться к группе или нет. И в конечном итоге решил - нет. У меня уже начали появляться свои амбиции. Утром я работал в студии, занимался творчеством, а вечером ехал в ресторан зарабатывать деньги. Так мы записали пять песен с Андреем Разиным, которые заинтересовали известного московского композитора Юрия Чернавского, и нам открыли двери в студию “Рекорд”, где записывали пластинки Пугачева, Леонтьев, Пресняков. В это время на студии была очень интересная тусовка: Коля Расторгуев, Сережа Крылов, Игорь Матвиенко, Валера Леонтьев, Коля Носков, загорались новые звезды шоу-бизнеса.

- Скажите, а сложно талантливому человеку пробиться в мире шоу-бизнеса? Что для этого надо?

- Нужно обладать определенным набором человеческих качеств: стержнем, силой воли. Если это есть, все должно сложиться. Часто молодые исполнители уповают на хит, надеются записать одну песню и “выплыть” на этой волне. В действительности важнее личность музыканта, его харизма. Например, Пол Маккартни - не устаю восхищаться этим феноменом. Столько лет на сцене зажигает и радует огромное количество людей.

- Когда вы ощутили себя знаменитым? Было такое: “Оп, а я популярен”?

- В 88 - 89-м году, когда вышли песни “Безнадега”, “Крик на морском берегу” и другие, я почувствовал, что они нравятся людям, знал, что их напевают. А от композиции “Как упоительны в России вечера” я поймал настоящий кураж. Непередаваемое ощущение, когда вся Москва - да что Москва? - вся Россия слушает твою песню. Сейчас ее по полочкам разбирают - мол, не патриотика, а звучит как патриотика. Эта композиция выстрелила сразу и для меня стала визитной карточкой.

- Я читала, что вы написали эту песню в Америке - расскажите историю создания.

- Это такая древняя-древняя, “былинная” история. В 94-м году я первый раз посетил Америку с Сергеем Крыловым и группой “А-Студио”, там мы записали альбом, на следующий год приехали записывать второй, и благодаря поэтессе Наташе Пляцковской я остался, прожил в Штатах полтора года. Она меня уговорила, мы много работали вместе - песня “Ромашки для Наташки” произвела фурор. Правда, семью я в Нью-Йорк не перевозил - ездил туда-обратно, тосковал по ним, но знал: если перевезу, могу зависнуть окончательно. Наверно, неправильно с точки зрения отношений между людьми, семейных отношений, но такова жизнь: если бы не остался в Америке, не написал бы песню “Как упоительны в России вечера”, и все сложилось бы иначе.

В очередной раз уезжая из Москвы, я захватил с тумбочки бумажную книжицу величиной с паспорт - сборник стихов моего друга Вити Пеленягрэ. Строчка “Как упоительны в России вечера” засела мне в сердце, и в американской квартире, за клавишами, я написал эту мелодию - всего восемь строчек...

- Для вас в вашем творчестве это любимая композиция? Или все - как дети родные?

- Конечно, они все как родные дети. И они все - составляющие моего внутреннего “я”, каждая раскрывает одну из моих сторон, характер. Все песни я пропускаю через себя и хочу быть для людей, как мои песни - разным. “Как упоительны в России вечера” - это один мой образ, а “Одинокая волчица” или, например, “Где-то за тучами” - совсем другой. Кстати, мою песню “Где-то за тучами” на концертах всегда исполняет Григорий Лепс - и почему-то всегда третьей по счету.

ИСКРЫ В 53

- Есть ощущение удовлетворенности пройденным творческим путем?

- Пока нет, несмотря на статус - пять лет как я вхожу в Союз композиторов России... Но очень хочется еще проехаться, спеть. На сегодняшний день чуть больше года как я работаю с командой, которую возглавляет продюсер Антон Дорин. В октябре запланирован выход альбома “Нежданно-негаданно” с новыми песнями. На одну из них уже снят видеоклип с замечательной перспективной актрисой Любавой Грешновой из Харькова.

Это абсолютно новый альбом - в плане музыкальных аранжировок, технического исполнения, на его создание ушли большие усилия и серьезный бюджет - очень хочется, чтобы людям понравилось, для этого ведь все и делается. С молодежью я не заигрываю. В 53 года на самом деле трудновато высекать искру, но запал есть. Смотрю иногда на своих коллег, вижу, чем они занимаются - идут как по накатанной: там “концертик” дали, здесь “дешевенькую” афишку повесили - не хочется так... Не беру сейчас, конечно, таких исполнителей, как Лепс или Киркоров - эти артисты востребованы, с ними приятно работать.

- Экономически тяжелое время на себе почувствовали? Как, кстати, собираетесь праздновать день рождения?

- Эти вопросы очень связаны между собой (смеется). Мое финансовое положение сегодня позволяет мне отметить день рождения в городе Барселоне. У меня ничего не изменилось в плане концертной программы: я никогда не давал по 30 концертов в месяц, это моя личная позиция. А 5 - 10 - как давал, так и даю. Отпала украинская публика, но в политику лезть не хочу, дело это неблагодарное. Звонил сегодня друг из Киева, известный политик и бизнесмен - песню мою по радио услышал и набрал. Говорит: думаю, все выправится. Это он меня успокаивает, а я его успокаиваю: выправится, только когда... Он как депутат часто приглашал меня с концертами, люди приходили “городами”. По 20 тысяч человек слушали на Украине “Как упоительны в России вечера” - и все хорошо было... Надеюсь, и будет.

Издание:  Центральная профсоюзная газета «Солидарность»
Автор:  Анастасия Юшкевич
Ссылка:  http://www.solidarnost.org/articles/Put__kompozitora.html
26.Авг.2015

Возврат к списку